Творческая мастерская

Он сбежал на край света, чтобы его оставили в покое. Она свалилась с неба и перевернула всё вверх дном. На маяке, затерянном в приполярных широтах, сталкиваются два одиночества — и ни одно из них не ждало этой встречи.

Камила Альмасан — идеальный аналитик в идеальной системе. Её мир — это столбики цифр, тишина кабинета и безупречный порядок. Но однажды порядок дает сбой. Небольшая погрешность в расчетах становится для Камилы навязчивой идеей, ведущей в самую сердцевину лжи, на которой держится государство. Ей придется столкнуться не только с системой, но и с собой — своей принципиальностью, страхами и запретным влечением к человеку, который знает слишком много. Цена правды окажется выше, чем она могла представить.

После серии аномальных вспышек на Солнце атмосфера Земли меняется, воздух становится почти непригодным для дыхания, город пустеет. Анна чудом переживает удар ночного супершторма в подвале многоэтажки и теперь пытается понять, что произошло, есть ли ещё кто-то живой — и почему вообще она выжила в этом новом, выжженном мире.

Решение Небесного суда и последующие судебные издержки стали для «Апокалипсис Inc.» финансовым армагеддоном. Акции рухнули, инвесторы разбегались, и Дон Люциферони в отчаянии пытался удержать свою вечную империю от банкротства. Именно в этот момент на сцену вышел новый игрок.

Миша был добрым, и немного наивным. Правда, его наивность не имела ничего общего с детской простотой или недостатком ума. Скорее, он был своего рода эмпириком в мире намеков. Его реальность была вымощена тем, что можно было увидеть, услышать и потрогать. Он верил в тепло чашки с чаем, в вес книги в руке, в вещи, произнесённые вслух. А намёки, какими бы прозрачными они ни казались другим, для него были лишь гипотезой без доказательной базы — рябью на воде, не заслуживающей серьёзного анализа.

После несчастного случая на заводе сварщик Василий начинает видеть реальность как интерфейс RPG: уровни, дебаффы, квесты, скрытые параметры. Сначала это кажется безумием. Потом — игрой. Но что, если мир всегда был игрой, а ты просто не видел скрипт?

"Василий.exe" — сатирическая драма о человеке, который понял слишком много. Реальность — не всегда то, чем ты её считаешь.

Продав свою долю в «Апокалипсис Inc.», Бог, как и обещал, «сосредоточился на новом творческом проекте». Он решил, что классический Рай, как и любой успешный продукт, нуждается в ребрендинге. Старый Рай был слишком громоздким, неэкологичным и плохо монетизировался и был сложен в управлении. Но была и другая, более личная причина: он с плохо скрываемым раздражением наблюдал, как Илон Маск превратил вечно убыточный Ад в сверхприбыльную корпорацию. Элементарная божественная гордость требовала не просто ответа, а тотального доминирования на рынке вечности. Так родилась экосистема iParadise.

(Корпоративный кошмар в духе «Чёрного зеркала», если бы его снял Паоло Соррентино после стажировки в Кремниевой долине)

Сцена 1: Презентация «Ад по подписке»

Место действия: Виртуальная сцена в MetaHell. Графика лагает, аватары грешников периодически проваливаются сквозь текстуры лавы, а на фоне висит баннер: «Страдание — это новый пользовательский опыт».

На сцену выходит HR-демон Бельфегор. На нём чёрная водолазка, как у Стива Джобса, лёгкая небритость, очки и стильный галстук-удавка из последней коллекции дома Gucci. Он излучает токсичный позитив.

Первая часть "Адских хроник".

Все проходит кроме бюрократии.

Местом для Небесного Суда служило старое здание в викторианском стиле, застрявшее где-то между Вечностью и обеденным перерывом. Пылинки света танцевали в лучах, пробивающихся сквозь витражи, на которых вместо святых были изображены самые громкие судебные прецеденты: «Лот против Содома и Гоморры», «Каин против Авеля (апелляция отклонена)».

«Они пришли как Всадники.

А ушли как бесплатный маркетинговый ресурс.»

Часть 1: «Infernal Performance Review» (буквально: «Адская оценка эффективности»)

Свет в конференц-зале «Геенна Прайм» был приглушённым. Пахло серой и дорогим озоновым очистителем воздуха. На огромном обсидиановом столе отражались графики с проектора, работающего на чистой энергии грешных душ. Во главе стола, в кресле из костей титанов, сидел Дон Люциферони, напротив него — три Всадника Апокалипсиса. Он медленно затягивался сигарой, скрученной из самой тёмной материи, и дым, словно живой, обвивал его массивную фигуру. Голос его был подобен скрежету сдвигающихся тектонических плит, укрытых бархатом.

Глава 1: Пробуждение

Голова гудела, словно по ней ударили чем-то тяжелым. Сергей с трудом разлепил веки, и в глаза ударил тусклый, дрожащий свет. Он лежал на чем-то твердом и холодном. Пол под ладонью ощутимо вибрировал, передавая низкочастотную дрожь работающих где-то механизмов. Подняв руку, Сергей увидел на ней пыль, мелкую кирпичную крошку и острые осколки пластика и металла.

Он сел, морщась от головной боли и оглядываясь. Длинный, узкий коридор уходил в обе стороны, теряясь в пляшущих тенях. Стены – грубый, пыльный бетон – были сплошь опутаны переплетением труб и кабелей. Толстые, массивные трубы соседствовали с тонкими, змеящимися проводками всех цветов. Дотронувшись до ближайшей трубы, Сергей ощутил не только ее тепло, но и легкую вибрацию, бегущую по металлу. Другая, чуть дальше, оказалась ледяной и неподвижной.

Глава 0. Эффект наблюдателя

Для Василия, программиста в недрах государственного монстра-банка, задачи делились на два типа: "нельзя сломать" и "уже сломалось, но концов не найти". Его царство — процессинг, место, где деньги текли цифровыми реками, и где совпадение дебета с кредитом иногда казалось счастливой случайностью.